Даже нерелевантный в первом приближении международный опыт урегулирования конфликтов полезен, т.к. даёт возможность посмотреть на ситуацию в Украине немного со стороны и в сравнении. Что добавляет резкости, контрастности восприятия и восстанавливает фокус замыленных глаз. Плюс отдельные технические элементы (процедуры, институты, процессы, приёмы в коммуникации…) могут быть позаимствованы целиком или с некоторой адаптацией.

Поэтому я считаю изучение опыта Северной Ирландии очень полезным и ещё раз хочу сказать спасибо всем, кто помог организовать знакомство на местности.

Не углубляясь в детали, поделюсь несколькими впечатлениями о том, что, собственно, происходит в Северной Ирландии и как это соотносится с нашими реалиями.

1.Принципиальное отличие – в Украине имеем дело с едва затихшей горячей фазой иностранной военной интервенции и оккупацией части нашей территории другим государством (Россией). Т.е., это международный военный конфликт, тлеющий, с обострениями.

2. В Северной Ирландии горячая фаза иностранной военной интервенции (британского вторжения в Ирландию) была давно и в иных исторических условиях. Можно спорить, какой момент обозначить в качестве отправной точки. Но суть в том, что сейчас речь идёт о принципиально иной фазе конфликта.

Условно: через 50-100 лет после оккупации ОРДЛО/Крыма в Донецке/Симферополе начинается партизанско-террористическая война украинской громады против россиян и их пособников. А находящиеся на ином этапе исторического развития Украина и Россия посильно участвуют в урегулировании, привлекая третью сторону, которой для Северной Ирландии выступили США.

3. Также надо очень чётко понимать: в Северной Ирландии – не религиозный конфликт. Мы привыкли маркировать противоборствующие стороны как «католиков» и «протестантов». Да, там были убийства по «сектантскому» признаку. Но это не конфликт о том, как молиться богу и в какую церковь ходить. Это не война короля и гугенотов.

Плюс там совершенно иное значение имеет языковой фактор. Все говорят по-английски. Англоязычные ирландцы-республиканцы воюют с англоязычными британцами-юнионистами-лоялистами.

Тема защиты ирландского языка используется как мобилизующий политический жупел. Реальные действия по его развитию со стороны самих ирландцев на порядок отстают от политической шумихи и спекуляций. Просто тема языка максимально наглядная.

4. Если рисовать пирамидку, то самая базовая, фундаментальная составляющая конфликта – это «национально-освободительная борьба ирландского народа против британского колониализма».

Военная фаза этой борьбы в масштабах всего острова была в 1916-1921 гг. Вследствие чего остров был разделён на 2 части: образовалось «Свободное государство Ирландия» (доминион британской короны) и Северная Ирландия как часть короны. В 1922-23 гг. в Ирландии даже была гражданская война между ирландцами, которые согласились на раздел острова, и противниками раздела. В 1949 г. Ирландия стала независимым государством и вышла из Содружества наций. Через 20 лет – началась горячая фаза войны в Северной Ирландии.

5.Триггером для перехода от политики к стрельбе и терактам послужило ухудшение социально-экономической ситуации в Северной Ирландии. Британцы всячески притесняли, били и убивали ирландцев на севере и до 1969 г. Этим занимались «ольстерские добровольцы» - малоизвестная у нас, но де-факто – наиболее жестокая и беспредельная группа участников конфликта. Которую тотально покрывала полиция и власти.

ИРА до 1969 г., по сути, играла роль сил самообороны ирландско-республиканско-католической общины. Война началась после того, как обозлённое бедное население с обеих сторон потеряло берега.

Популярные статьи сейчас

Психологический портрет Зеленского: в какую ловушку угодил президент и почему его катастрофа неизбежна

Украинцам подсказали, как подсчитать размер будущей пенсии

Киберэксперт назвал главную опасность приложения "Дия"

Конкурент Киевстар, Vodafone и lifecell показал тариф с интернетом за 50 гривен

Показать еще

После того, как в 1969 г. «ольстерцы» и полиция убили 7 человек и полторы сотни ранили в ходе погромов, в ИРА произошёл раскол. Часть членов ИРА предъявила руководству, что в нынешнем формате и с нынешней (оборонительной) тактикой ИРА не справляется с функцией защиты общины. Поэтому была создана «Временная ИРА» с главной целью – дать силовой отпор британцам. Идеология была на втором плане.

Политическая структура ирландских республиканцев (Шинн Фейн) и военная (ИРА) – это марксисты-социалисты с рядом нюансов. «Временная ИРА» открыто говорила, что с идеологическими тонкостями социализма разберёмся потом, когда выиграем войну.

6. Что ещё важно понимать для контекста.

До 1998 г. в Конституции Ирландии было записано, что Северная Ирландия – это их территория. Один остров - одна страна! Т.е., Ирландия и ВБ почти 40 лет формально соседствовали при наличии территориальных претензий.

Окормляющей структурой от католической церкви для Северной Ирландии является Архиепископство Армы, управляющий центр которого находится на территории Ирландии. Архиепископ Армы имеет титул «Архиепископ Всея Ирландии».

Наиболее известная у нас партия ирландских республиканцев - Шинн Фейн («Мы сами») – действует и в Ирландии, и в Северной Ирландии. Шин Фейн представлена и в парламенте Ирландии, и в Ассамблее Северной Ирландии, и в Палате общин Вестминстера (отказывается брать мандаты, ибо надо присягать на верность королеве). При этом партия ОТКРЫТО выступает за воссоединение Ирландии.

7. В самой Ирландии сейчас доминируют две силы – правящая Фианна Файл (не представлена в Северной Ирландии) и оппозиционная Шинн Фейн. Интересный нюанс: Фианну Файл основал путём раскола Шинн Фейн в 1920хх гг. один из лидеров ШФ периода национально освободительной-борьбы и один из самых выдающихся госдеятелей Ирландии в 20 веке – Эймон де Валера (президент, многократный премьер и т.д.).

Причина раскола: Шинн Фейн на уровне программной установки не признавала раздел острова, отказывалась принимать участие в формировании правительственных структур, потому что НЕ ПРИЗНАВАЛА ВЛАСТИ ИРЛАНДИИ. Они считали власть зрадныками и соглашателями. Де Валера увидел тупиковость такого подхода, вышел из партии с меньшинством сторонников и достаточно быстро захватил власть.

8. До начала 1980-х гг. Шинн Фейн также отказывалась входить в формальные отношения с властью и игнорировала выборы в Северной Ирландии. Поэтому главной партией ирландских республиканцев на севере до конца 1970-х гг. была Социал-демократическая и трудовая партия, у которой была своя (!) боевая структура: Ирландская национально-освободительная армия (INLA). Мы о ней ничего не знаем (всё затмила ИРА), но, например, в знаменитой «голодной забастовке» 1981 года участвовали 7 представителей ИРА и 3 человека от ИНОА.

9. В 1983-2018 гг. лидером Шинн Фейн в Северной Ирландии был Джерри Адамс. Именно благодаря его лидерству Шинн Фейн сменила позицию и начала участвовать в политическом процессе, в т.ч. – в выборах. Это создало возможность для выхода на политическое урегулирование...

Традиционно в Украине больше симпатизируют ирландцам. Но есть важный нюанс: в Северной Ирландии проживает около 1 млн. британцев, у которых нет другой Родины. Их семьи живут там буквально столетиями. Об этом следует помнить, потому что для Лондона ситуация имеет одно изменение, а для этих людей - совершенно другое.

А теперь о рамках самого урегулирования.

10. В 1969-1997 гг. в Северной Ирландии шли боевые действия. В 1998 г. подписали Белфастское (Страстной Пятницы) соглашение, которое содержало 3 пакета/уровня договорённостей:

• Пакет об устройстве собственно Северной Ирландии.

• Пакет об отношениях Северной Ирландии и Ирландии.

• Пакет об отношения Британии и Ирландии.

11. Чтобы достичь договорённостей и прекратить войну были внесены изменения в Конституцию Ирландии (!!!) и государственное устройство Великобритании (ибо у них нет Конституции в нашем понимании).

Британия отказалась от прямого правления, создала Ассамблею и правительство Сев. Ирл.

Ирландия де-факто отказалась от территориальных претензий к Британии.

Страны договорились, что МОЖЕТ БЫТЬ ПРОВЕДЁН РЕФЕРЕНДУМ о выходе Сев.Ирл. из состава Британии и присоединении к Ирландии.

Все жители Сев. Ирландии получили возможность 1) взять ирландское гражданство; 2) взять британское гражданство; 3) взять ОБА гражданства. Независимо от коктейля гражданств, люди голосуют на выборах там, где официально платят налоги.

Т.е., формально это «внутренний конфликт», но для старта (ибо конца ещё не видно) урегулирования и прекращения войны пришлось обработать напильником две страны (!) под лёгким нажимом третьей - США. А в остальном да, очень внутренний конфликт.

Кстати, роль США требует отдельного исследования. В США ирландцев намного больше, чем в самой Ирландии. Мы знаем, что оружие ИРА поставлял негативный Каддафи. Однако без поддержки диаспоры в США ирландцы не смогли бы купить это оружие. Из США также были нелегальные поставки оружия. Террористы и функционеры ИРА прятались в США, и Вашингтон достаточно долго закрывал на это глаза, несмотря на истерики Лондона. Модератором процесса мирного урегулирования в 1995-1998 г. был американский сенатор Джордж Митчелл. Т.е., у США было достаточно инструментов, чтобы вмешаться и выступить гарантом.

12. В процессе урегулирования были акты амнистии и королевского помилования. Среди прочего, по итогам этого решения после 2 лет отсидки на волю выпускали всех, в том числе – террористов, организовавших массовые убийства (!).

13. Договорённость стала возможной после смены позиции Лондона. Вместо Тэтчер/Мэйджора пришёл Блэр, и именно Блэр изменил политику.

14. Стороны конфликта без припадков относятся к тому, что в связи с новыми обстоятельствами необходимо заключать новые договорённости. Например, в 2006 г. было подписано «соглашение Сэнт-Эндрюс». Вследствие этого соглашения Шинн Фейн признала полицию Северной Ирландии и разрешила с ней взаимодействовать. Работа в полиции официально перестала восприниматься как предательство / отступничество.

Самое свежее соглашение было в 2020 году – «Соглашение Новой эры». Т.е., модернизация документов – это норма.

15. Урегулирование началось после 28 лет войны и продолжается уже 23 года. Как я уже указывал, там даже близко не видно конца-края этого конфликта. Он воспроизводится в новых поколениях и может легко вспыхнуть. Например, сейчас между Ирландией и Северной Ирландией нет вообще никакой границы. Если Британия в рамках Брекзита захочет построить какие-то таможенные будки, их немедленно взорвут.

Итого.

Цена прекращения огня в Сев. Ирландии – это: 1) изменения в Конституцию (де-факто - двух стран); 2) особый политический статус для мятежников и масса других политических уступок им; 3) двойное гражданство; 4) прямые переговоры с террористами, запредельное повышение их субъектности; 5) возможность референдума для сепаратистов; 6) ЛЕГАЛИЗАЦИЯ сепаратистов, подключение их к управлению территорией; 7) амнистия и освобождение убийц; смешанная полиция; 9) вывод правительственных войск; 10) пересмотр договорённостей…

А также ряд специальных инструментов переходной юстиции, восстановления прав жертв конфликта и т.д.

Предлагаю каждому самостоятельно оценить, что будет у нас, когда/если начнётся реальное движение в таком направлении. В Сев. Ирландии также нашлись диссиденты (от «Временной ИРА» отпочковалось несколько боевых групп, которые продолжили теракты и убийства)…

Мы пытались объяснить британцам, почему нельзя сравнивать. Ирландия не станет нападать на Уэльс и Шотландию в рамках борьбы за «кельтский мир» даже в случае успешного референдума о присоединении Северной Ирландии. А после достижения соглашений на подобных условиях по Донбассу у нас завтра же запылает Харьков и Одесса. И Крыму это никак не поможет. Россия с её людоедскими позывами никуда ж не денется…

Вспомните. Когда вице-премьер Алексей Резников начал говорить, что реинтеграция – это минимум 25 лет после окончания войны, у нас синхронно забились в конвульсиях патриотические патриоты и радетели за «народ Дамбаса». Опыт глубоко цивилизованных стран указывает, что одно поколение – это действительно минимум.

Этот же опыт свидетельствует, что мир приближали с помощью долгих и многоуровневых переговоров, большинство из которых были ТАЙНЫМИ. Как только сменилась позиция в Лондоне, уже была готова инфраструктура для разруливания ситуации на местности.

Прикладные выводы для нас:

1) Без смены позиции в России ничего не будет. Первый шаг, который должна и может безболезненно совершить Россия – пойти на модернизацию минских соглашений. Тут нужна помощь Запада.

2) Мир стал возможен потому, что ни одна из сторон не могла решить задачу военным путём. Т.е. – укрепляем всеми силами армию, территориальную оборону, защищаем информационное пространство.

3) Бережем и развиваем связи с людьми в ОРДЛО и Крыму.

4) Без экономического успеха интеграции не будет.

5) Набираемся стратегического терпения, не шарахаемся.